Начну я, пожалуй, с того, что назову эту книгу "лучшим фантастическим
романом десятилетия". Причем мне все равно в какую сторону от 1989 года -
года, когда увидело свет первое издание "Гипериона" - считать.
Если, потакая классическим вкусам, представить "бльшую литературу" в
виде материка, а фантастику - в виде омывающего его моря, то "Гиперион"
будет высокой скалой в этом море. И обитатели материка будут с удивлением
глазеть на это новообразование в бинокли и подзорные трубы, потому что с тех
пор как оно появилась, на вершине секалы днем и ночью горит огонь - верный
знак того, что книгу любят, читают и перечитывают.
Почему так случилось? Что же такое удалось сделать автору, чтобы раз и
навсегда поразить сердца читателей? Не берусь утверждать, что открыл полную
формулу этого чудотворства, но ряд компонентов налицо. Интрига, философия,
позия, героика - плюс мастерство, помноженное на фантазию. Симмонс в своем
романе обращается к лучшим традициям мировой литературы: к Чосеру, Китсу, а
через него к греческой мифологии. И из этих добротных компонентов ему
удается синтезировать абсолютно другое, свое вещество - эпический миф, в
котором так нуждается наше время. Оно породило свои сказки, драмы, трагедии
и фарсы, но создание Мифа - одна из самых сложных и трудноразрешимых задач
современной литературы. Дэн Симмонс с ней справился.
На планете Гиперион открываются Гробницы времени и из их недр выходит
воплощение боли - Шрайк, существо и реальное и сверхъестественное
одновременно. Его появление означает скорый конец света или, скорее, конец
человеческой расы. Семь паломников отправляются на Гиперион с целью
предотвратить надвигающуюся катастрофу. У каждого есть своя история:
трогательная, поучительная, страшная или занимательная. Священник, солдат,
поэт, ученый, детектив и консул - их судьбы пройдут перед нашими глазами,
окружая нас бесконечным пространством вымышленной реальности и открывая нам
ее глубину. Разрозненные факты сливаются в единый сюжет, и в какой-то момент
мы начинаем видеть красоту гигантского механизма, который только приступил к
своей работе, который ждет нашего участия в ней. Им движут идеи, его ход
отмеряет стук сердца, а траекторию его движения опредляют линии судеб.
Когда это происходит, повествование захватывает читателя целиком,
впускает его в собственный мир и позволяет ему сделать этот мир своим.
Обретают логику и положение в этой вселенной Гегемония, Бродяги, ИскИны,
Техноцентр, Земля, Китс, Шрайк, Гиперион; обретают новую жизнь старые
вопросы: что есть Бог? Что есть Человек? Что есть Судьба? Что есть
Искусство? Снова появляется возможность вырваться за рамки обыденного и
посмотреть на жизнь под другим углом, находя в ней что-то, доселе
неизвестное, над чем и задумываться раньше не приходило в голову. Таково
свойство настоящей литературы, и "Гиперион" заслужил право быть причисленным
к лучшим ее образцам.
Но роман хорош и тем, что обещает показать читателю еще множество
чудес, ждущих его впереди. И выполняет это обещание, потому что сам он -
первая часть тетралогии: "Гиперион", "Падение Гипериона", "Эндимион",
"Восход Эндимиона". Если вы решите прочесть всю серию, вы, несомненно,
испытаете большое удовольствие от ее завершенности. И все же, могу вам
предсказать наверняка, самым ярким и обжигающе интересным останется для вас
самый первый роман, тот, в котором вы только приближались к Гробницам
времени.
декабрь 1999